История любви, прошедшей сквозь войну — «Жди меня…»

История любви Абена Берденова и Батес Мурзахановой началась еще до войны, прошла через годы сражений и продолжается до сих пор. Она ждала его все четыре года, а он на боевом фронте пронес ее фотографию через всю войну. Эта фотография прошла с ним весь боевой путь: была и под Москвой, и под Сталинградом, и под Ржевом,освобождала города, села, государства и вернулась домой, к ней — с Победой!

Абен Турсынбаевич родился в 1915 году в Карагандинской области. Мать умерла, когда ему было три года, воспитывала бабушка. В годы коллективизации, когда начался голод, его семья перебралась на юг. Отец Абена был не в состоянии прокормить сына и был вынужден отдать его в детский дом. А через четыре года Абен узнал, что вся его семья погибла от голода и холода, и только он выжил. Проучившись в школе фабрично- заводского ученичества в Туркестане, он уехал в Алма-Ату и поступил на рабфак КазПИ. А в 1937 году Абен впервые познакомился со своей будущей любимой супругой Батес

Абен Турсынбаевич показывает семейный альбом с фотографиями жены в студенческие годы.

— Мы с ней вместе учились на рабфаке в Алматинской области в селе Каракемир, — рассказывает Абен Турсынбаевич. — Я был на последнем курсе, а она только на первом. Вместе участвовали в различных мероприятиях, которые проводил институт. Именно в это время и полюбили друг друга...

— В 1938 году я поступил на первый курс химико-биологического факультета КазПИ в Алма-Ате, а Батес продолжала обучение на рабфаке. Тем не менее, расстояние не стало помехой нашей любви. Мы продолжали встречаться по воскресеньям, когда она приезжала домой на каникулы или в праздники. В институте нашим преподавателем был Мухтар Ауэзов, чем Батес очень гордилась

— Местом наших встреч и свиданий был парк 28-ми панфиловцев. После танцевальных вечеров или кино я провожал Батес до ее дома, который находился тогда выше проспекта Абая и Фурманова, а затем возвращался к себе в общежитие. Я был сиротой, беспризорником и не мог себе позволить делать какие-то дорогие подарки ей на праздники. Выручал город...

— Весной город кипел разноцветьем, и, наломав ветви душистой сирени, нарвав пучки белых ландышей и полевых цветов я нес их своей любимой

— Батес до конца своей жизни обожала сирень. Весной в нашем доме всегда были эти цветы, и, пока они не отцветали, в доме везде стояли душистые букеты. Летом и осенью дарил фрукты, благо, что сады были даже в центре города, и тяжелые ветви с различными плодами свисали за заборами и любой прохожий мог ими полакомиться. Но было и такое, что иногда вместе с друзьями делал набег на чужие сады и огороды, не потому что хотел похулиганить, а просто очень часто голод толкал на это. Государство помогало нам: раз в год выдавали одежду, обувь. Я учился на отлично и поэтому получал повышенную стипендию. Но даже ее на еду не хватало. Откладывал небольшие суммы, чтобы повести Батес в кино или купить ей мороженое. Зная мое положение, она никогда не требовала для себя что-то особенное

Абен Турсынбаевич показывает место открытого летнего кинотеатра в парке 28-ми панфиловцев, построенного из обычной фанеры.

— В этом кинотеатре показывали фильмы, документальную хронику. Часто на сцене проходили концерты художественной самодеятельности, а по праздникам выступали артисты, поэты, играл духовой оркестр. Недалеко от кинотеатра располагалась танцплощадка, и часто по вечерам мы с Батес танцевали. Все мероприятия в парке практически были бесплатными или стоили копейки

— За столько лет многое изменилось в парке, — говорит Абен Турсынбаевич, — нет нашего открытого кинотеатра, нашей с Батес танцплощадки

— Она меня любила, а я любил ее. Мы решили сыграть свадьбу, когда я закончу институт. Но война помешала нашим планам. В 1941 году я окончил четвертый курс и ушел на фронт добровольцем

— Батес, провожая, сказала мне: «Я буду ждать тебя» и на прощание подарила свою фотографию...

— Летом и осенью 1941 года шли тяжелые бои. С неба падали бомбы, свист пуль и грохот артиллерийской канонады заглушали все вокруг. В декабре я получил свое первое ранение и сразу же был отправлен в госпиталь. После служил в 449-ом стрелковом полку Западного фронта. В 1942 году под Ржевом меня ранило во второй раз. Пуля прошла рядом с сердцем, и мой командир, думая, что я убит, послал домой похоронку, но я выжил. Участвовал в самой кровавой части Великой Отечественной: в битве под Сталинградом. В 43-м году получив третье ранение, снова госпиталь и снова фронт. Самое яркое воспоминание было в марте 1945 года в Чехословакии. Одну из батарей нашего 1848 противотанкового артполка отправили на подмогу пехотинцам. Наша батарея должна была прикрывать огнем атаку пехотинцев на другой день. Командир батареи, покинув позицию, отправился в штаб узнать, когда начнется атака. Мы заняли огневую позицию, вырыли глубокий окоп для себя и снарядов. Наступила ночь. В темноте началась перестрелка. Вдруг видим: бегут пехотинцы. Спрашиваем, что случилось? В ответ крики: «Немцы начали атаку и заняли наши позиции, бегите!» Я,являясь командиром орудия и наводчиком, сказал своим товарищам: «Примем бой! Бежать и бросать пушки мы не имеем права. Да и за побег с огневой позиции нас отдадут под трибунал. Чего нам бояться? У нас на две пушки по 8 ящиков снарядов. Общее количество снарядов 64; продержимся пока наши не пришлют подмогу.» Снаряды у нас были 4 видов: осколочные, бронебойные, подкалиберные, шрапнельные. Через некоторое время фашисты начали обстреливать нас. В отсветах огня мы увидели 3-4 танка. Мы ответили огнем. С первого раза был подбит вражеский танк, со второго раза – второй, с третьего – третий. Вместе с танками на нас двигалась и пехота. По пехоте мы били шрапнелью. Со стороны врага послышались крики, стоны. Мы, а нас было 14 человек, взяли автоматы в руки и с криком: «Ура!» поднялись в атаку. Немцы бросились бежать. Наступило утро. Командир батареи так и не вернулся. Вместо него на нашу огневую позицию пришел командир полка. Он обнял меня, расцеловал и сказал, что представит меня к ордену Красной Звезды. Этот орден для меня самый памятный, хотя каждая награда имеет свою историю, и для меня они все дороги

— В четвертый раз я получил ранение на территории Румынии. И каждый раз в меня вселялась надежда, что где-то далеко на родине меня ждет Батес, а значит не время умирать. Я в шутку говорил детям, что их мама прошла со мной всю войну. Действительно, ее фотокарточка морально поднимала мне дух, придавала силы. Очень помогали и ее письма, в которых она желала мне вернуться живым и здоровым, рассказывала о новостях в тылу, о семье, учебе и работе. Я всегда с нетерпением ждал ее писем

— Домой отец вернулся с Победой, — рассказывает дочь Дарига. — Наши родители поженились в августе 1946 года. Родили семерых детей, воспитали, дали нам высшее образование. Они прожили 63 года душа в душу, за все время никогда не расставались. Наши друзья и родственники говорили нам, что они не могут представить их врозь

Вторая дочь Айгерим показывает расшитую блузку, привезенную отцом из Германии в подарок маме.

— Папа привез эту блузку в 1945 году, — рассказывает Дарига. — Мы ее храним, как память о маме

— После войны наши родители в течение 30 лет воспитывали и учили детей. Отец прошел свой педагогический путь от рядового учителя до директора школы, а мама, филолог по образованию, всю жизнь проработала учителем казахского языка и литературы. Везде, где бы они ни работали, наши родители пользовались уважением у своих коллег и учащихся

— В 1996 году наши родители справили золотую свадьбу. Когда мы слышим строчки из стихотворения Константина Симонова «Жди меня, и я вернусь, только очень жди... Жди меня, и я вернусь всем смертям назло... Ожиданием своим ты спасла меня...» — это про наших родителей

— Через год после золотой свадьбы у мамы случился инсульт, после которого у нее отнялась речь и вся правая сторона стала полностью парализована. С этого времени все наше внимание было отдано ей. Папа ухаживал за ней, читал ей газеты, рассказывал новости города. Единственные слова, которые она могла произносить, были «да» и «нет», и мы старались составлять предложения так, чтобы она могла с нами говорить.Онапролежалавкровати11лет

— Мама ушла в 2009 году на руках отца...

— Для нашей семьи — это была самая большая потеря. Но папа каждый день здоровается с фотографией мамы и целует ее, разговаривает с ней, советуется. Мамина фотография, как и тогда во время войны, рядом с ним. Она всегда с нами

— Батес была очень красивой, стройной, большеглазой, с блестящими черными косами, — делится воспоминаниями Абен Турсынбаевич. — Она любила смеяться. Смех у нее был звонкий, заразительный. Это была самая прекрасная пора в нашей жизни! Она всегда была рядом. Мудрая, она помогала мне и в работе, и в воспитании детей...

Абену Турсынбаевичу сейчас 97 лет, несмотря на возраст он ведет достаточно активный образ жизни, любит читать газеты и занимается спортом. Редакция Vox Populi от всей души поздравляет ветерана ВОВ, замечательного человека Абена Турсынбаевича с предстоящим праздником 9 мая!

Также Vox Populi благодарит фонд «Наследники ветеранов
ВОВ», Кунирову Розу Имашевну за помощь в создании материала. В материале использован текст из книги «Письма и Судьбы»

Оригинальная версия материала была опубликована на портале Voxpopuli.kz (до его закрытия в 2023 году). Автор восстановил текст и фото из личного архива для сохранения документальных и исторических материалов.